В прошлой статье мы говорили про парадокс российского рынка труда: безработица находится на историческом минимуме, бизнес говорит о кадровом дефиците, но при этом многим кандидатам все равно сложно найти работу. Теперь разберемся конкретно, почему одних специалистов работодатели ищут месяцами, а другие сталкиваются с сотнями конкурентов на одну вакансию? Что происходит с digital-профессиями, почему новичкам стало труднее войти в отрасль и какие навыки действительно будут нужны бизнесу в ближайшие годы?
Сегодня все чаще говорят о том, что якобы кадровый голод позади и рынок снова перешел на сторону работодателя. Действительно, в точечном подборе появилась позитивная динамика: компании стали осторожнее нанимать, число вакансий сократилось, а конкуренция за офисные позиции выросла. Однако проблема дефицита кадров никуда не исчезла. Наоборот, рынок столкнулся с крайне неравномерным распределением рабочей силы. С одной стороны, в стране сохраняется рекордно низкая безработица — 2,2%, а бизнес по-прежнему остро нуждается в сотрудниках массовых и прикладных профессий. Особенно сильно дефицит ощущается в строительстве, ЖКХ, промышленности, логистике и ритейле. Работодателям не хватает сварщиков, электриков, водителей, курьеров, слесарей, разнорабочих и других специалистов, которые умеют работать руками. По словам главы Минстроя, дефицит кадров в сфере ЖКХ составляет 150 тысяч человек. А дефицит курьеров остается критическим. Несмотря на то, что по оценке Минпромторга сегодня работает около 1,5 миллиона курьеров, нехватка достигает около 200 тысяч человек. С другой стороны, в интеллектуальных и диджитал-профессиях сложилась противоположная ситуация. Долгие годы молодежь массово стремилась получить высшее образование и построить офисную карьеру. Профессии менеджера, маркетолога, юриста, IT-специалиста или креативщика считались более престижными и перспективными, тогда как рабочие специальности воспринимались менее статусно. В итоге рынок оказался перенасыщен специалистами интеллектуального труда. Сегодня на одну вакансию в диджитал-сфере могут претендовать десятки и даже сотни кандидатов. В таких условиях компании становятся более избирательными, ужесточают требования и не спешат повышать зарплаты. Поэтому соискателям и кажется, что «работы нет», хотя на самом деле дефицит кадров сохраняется, просто в других сегментах экономики. Бизнес испытывает острую нехватку так называемых «синих воротничков»: слесарей, токарей, фрезеровщиков, электриков, сварщиков, монтажников, водителей, строителей и других квалифицированных рабочих. Также в зоне острого дефицита находятся курьеры, комплектовщики, кладовщики и сотрудники складов. То есть практически весь линейный персонал, без которого невозможно стабильное функционирование производства, логистики и розницы. Компании буквально конкурируют за каждого такого специалиста, потому что соискателей действительно мало. Как я уже говорила, противоположная ситуация сложилась в сфере «белых воротничков» и креативных индустрий. Многолетний перекос в сторону высшего образования привел к тому, что экономистов, юристов, менеджеров, маркетологов, копирайтеров, СММ-специалистов и дизайнеров стало слишком много. В условиях кадрового дефицита компании все чаще переходят на гибкие форматы — проектную работу, временную занятость, частичную занятость. Кого-то берут на конкретную задачу, кого-то на несколько месяцев под проект. Такой подход особенно востребован в отраслях с сезонными пиками — логистике, ритейле, строительстве и складской сфере. Бизнес получает возможность оперативно закрывать задачи без долгосрочных обязательств, а специалисты — гибкий график и проектную занятость. Что будет происходить с рынком труда в ближайшие 2–3 года? В ближайшие 2-3 года рынок труда ждет не просто очередной кризис, а глубокая структурная перестройка всей модели занятости. Главным фактором этих изменений станет массовое внедрение искусственного интеллекта и автоматизации во все бизнес-процессы. ИИ постепенно заберет на себя рутинные операции: обработку информации, составление типовых документов, базовую аналитику и часть административных задач. Особенно сильно это затронет бухгалтеров, HR-специалистов, продавцов в розничной торговле и отдельные офисные функции среднего звена. Эти профессии не исчезнут, но задачи изменятся. Человек будет отвечать за принятие решений, работу с нестандартными задачи, живую коммуникацию и стратегическое мышление. Параллельно рынок станет гораздо более ориентированным на практические навыки. Работодатели будут оценивать не столько должности в резюме, сколько реальные компетенции, гибкость и способность быстро адаптироваться к новым технологиям. В приоритете окажутся специалисты, умеющие работать с ИИ и данными, разбирающиеся в автоматизации, управлении цифровыми продуктами и сложными проектами. При этом разрыв между уровнями экспертизы только усилится: спрос на профессионалов уровня мидл и сеньор останется высоким, а вот джуны во многих сферах столкнутся с растущей конкуренцией, потому что их базовые задачи уже сейчас все чаще решаются с помощью ИИ-инструментов. При этом резко вырастет ценность рабочих и технических профессий. Сварщики, монтажники, производственные специалисты, сотрудники логистики и ритейла будут становиться все более дефицитными кадрами. В этих сферах автоматизация идет значительно медленнее, а нехватка людей уже сегодня ощущается остро. Именно рабочие специальности в ближайшие годы могут стать одними из самых высокооплачиваемых и востребованных на рынке. Наконец, изменится сама модель занятости. Компании все чаще будут строить гибридные команды, сочетая штатных и внештатных специалистов. Проектная работа, фриланс и гибкие форматы станут нормой, особенно в IT, аналитике, логистике, ритейле и производстве. Конкуренция между работодателями сместится не только в сторону зарплат, но и в сторону качества среды — гибкости графика, возможностей для обучения, корпоративной культуры и отношения к сотрудникам. Рынок труда ближайших лет окончательно разделится на две части: рутинные функции уйдут к машинам, а ценность человеческих навыков будет только расти.
Проблема в том, что где-то соискателей очень много, а где-то недостаточно. Возьмем, например сферу диджитал. Еще года два-три назад эта ниша казалась перспективной и надежным вариантом устроиться на хорошую работу и впрыгнуть в новую экономику, то теперь именно здесь многие соискатели сталкиваются с высокой конкуренцией. Некоторые даже готовы уходить на более низкие роли лишь бы сохранить работу. Почему так происходит, объясняет Алексей Неживой, руководитель оперативного штаба Независимого профсоюза «Новый Труд».
Алексей Неживой
руководитель оперативного штаба Независимого профсоюза «Новый Труд».
Высокая конкуренция за вакансии в диджитал-сфере объясняется динамикой рынка труда, изменениями в спросе на специалистов, образовательными тенденциями и требованиями работодателей. В последние годы происходит увеличение числа желающих работать в диджитал-сфере, что связано с бумом обучения. На рынок выходят выпускники онлайн-курсов, программ переподготовки, а также специалисты, возвращающиеся в профессию из смежных областей. Особенно заметно это среди начинающих, так называемых «джунов». Одновременно бизнес часто сокращает расходы на найм, что ведет к уменьшению количества открытых вакансий. При этом желание людей работать в диджитал-сфере не снижается, что увеличивает число соискателей на оставшиеся позиции. Возникает дисбаланс между спросом и предложением: несмотря на рост числа кандидатов, компании нередко сталкиваются с дефицитом квалифицированных кадров, особенно в узких и востребованных направлениях - машинное обучение, аналитика данных, DevOps, кибербезопасность. Это создает ситуацию, когда при большом количестве резюме работодатели вынуждены тщательно отбирать кандидатов, обращая внимание в первую очередь на навыки. Работодатели становятся требовательнее, особенно в части hard skills - конкретных технических компетенций. Возрастает роль подтвержденных знаний и опыта, а также умения демонстрировать влияние на продукт или бизнес-показатели. Поэтому соискатели, чьи навыки подкреплены тестами или сертификатами, получают больше шансов на отклик. Кроме того, автоматизация задач с помощью ИИ может снижать спрос на некоторых специалистов, например, на младших разработчиков и тестировщиков, что дополнительно обостряет конкуренцию среди оставшихся кандидатов. Наблюдается и эффект «миддла», когда опытные специалисты откликаются на позиции ниже своего уровня. Это усиливает конкуренцию не только среди джунов, но и на среднем уровне. Параллельно работодатели все чаще ищут специалистов с глубокими знаниями конкретных технологий или технологических стеков, а не универсалов с поверхностным набором компетенций. Таким образом, высокая конкуренция в диджитал-сфере - результат сочетания роста числа соискателей, изменений в структуре спроса на кадры, ужесточения требований к навыкам, влияния технологий и структурных изменений на рынке труда. Рынок находится в неравновесном состоянии. Охлаждение экономики, трудности с доступом в интернет, отказ от иностранного ПО, которое было адаптировано для специалистов невысокого уровня и обладало интуитивным интерфейсом, - все это ведет к оптимизации, росту востребованности узких профи с высоким KPI и внедрению ИИ, который вытесняет целые пласты профессий из диджитал-сферы. Мы как профсоюз платформеннозанятых фиксируем переход многих работников диджитал-сферы в самозанятость. При этом они исчезают из зоны безработицы. Фирмы предпочитают все чаще не нанимать специалистов в штат, а привлекать их по договору для решения конкретных конечных задач. Само поле занятости меняется в сторону ухода многих специалистов в гибкую занятость и фриланс. Рынок достаточно быстро выдавит лишний, невостребованный элемент и оставит только профессионалов. Сейчас же мы находимся в стадии высокой энтропии, порожденной бумом обучения и высокой популярностью диджитал-профессий, а также наступающей адаптацией рынка к текущей ситуации. Она характеризуется глубокими изменениями инфраструктуры спроса, трансформацией модели организации коммерческой деятельности (переход к гибким формам занятости), усилением узкой специализации и активным приходом ИИ в профессии.
Алексей Неживой только подтвердил, что на рынок пришло много людей с похожими навыками, бизнес стал осторожнее нанимать, а ИИ начал забирать часть простых задач. Если одних можно заменить, других сократить, а третьих скрестить, то кого работодатель теперь вообще готов брать? Об этом расскажет Раневская Виктория, CEO агентства «Есть контакт», автор телеграм-канала «Раневская про [около]маркетинг», эксперт в HR-маркетинге и построении воронок найма.
Раневская Виктория
СЕО «Есть контакт», автор телеграмм-канала «Раневская про [около]маркетинг». Эксперт в HR-маркетинге и построении воронок найма.
Сводка Росстата про 2,2% безработицы и стон HR-директоров про кадровый голод выглядят как сообщения из двух разных стран. На самом деле — из одной. Средняя “температура по больнице” ни о чем не говорит. В одних отраслях дефицит, других профицит, а громко стонут только те, кому не хватает людей. Вот и выглядит так, что стоны громче средней статистики. Мониторинг Банка России к началу 2026 года дает баланс оценок обеспеченности работниками -23. Год назад было -32, то есть стало мягче, но это среднее. А если посмотреть по отраслям, разрыв огромный. Обрабатывающие производства, водоснабжение, сельское хозяйство, добыча — минус 35-45. Стройка, транспорт, энергетика — минус 25-30. Розница, услуги, опт — минус 15-22. В переводе с языка статистики: мы видим, что от отрасли к отрасли дефицит разный. А где же толпа безработных? В среднем толпы нет, выше объяснила почему. Однако в отдельных функциях происходит высвобождение кадров на фоне оптимизации предприятиями ФОТ, автоматизации. Так, мы видим оптимизацию в маркетинге на фоне снижающихся бюджетов, оптимизации с AI. До 2026 я не видела, чтобы на вакансию директора по маркетингу пришло 600 откликов за двое суток. Работодатель, который понимает, что делает, ищет одно из двух. Либо узкого специалиста с реальной экспертизой в конкретной задаче — и готов за него платить выше рынка. Либо универсала-миддла, который закроет участок работ за полтора джуна и без подсказок. Софты в обоих случаях вторичны, разговоры про «горящие глаза» остались в вакансиях, которые никогда не закроются. Опыт важнее курсов, кейс с цифрами важнее рассказа о себе. Расслоение усилится. Средний грейд продолжит схлопываться: между сеньором и нейросетью миддлу становится все теснее. Нижний грейд почти исчезнет как класс — джунов будут брать поштучно и под конкретное обучение. Вот они и будут ходить по рынку с тезисом “работу не найти”. Производственные и инженерные специальности останутся в остром дефиците минимум до конца десятилетия, и зарплаты там будут расти быстрее, чем в офисах. Поэтому когда в следующий раз увидите заголовок про «рынок труда в России» — мысленно подставьте уточнение: чей именно рынок, в какой отрасли, какая функция бизнеса. Без этого разговор бессмысленный.
Ок, если одни работодатели получают сотни откликов, а другие не могут найти людей месяцами, значит, нужно идти туда, где конкуренция меньше. Вроде бы логичное решение, но почему-то соискатели этого не видят. Или видят, но не делают. Спросим у Екатерины Агаевой, генерального директора сервиса, почему люди, видя огромную конкуренцию, когда на одну вакансию приходится по 1000 откликов, всё равно пытаются втиснуться в нишу.
Екатерина Агаева
генеральный директор сервиса по поиску работы и найму сотрудников GdeRabota.ru
На российском рынке труда наблюдается действительно не хватает квалифицированных кадров. Но наибольший спрос на специалистов сохраняется в логистике, сфере продаж и производстве, согласно аналитике сервиса по поиску работы и найму сотрудников GdeRabota.ru. Высокая конкуренция среди соискателей наблюдается в «офисной сфере». Растёт число начинающих специалистов, который прошли онлайн-курсы, но не обладают достаточным практическим опытом для выполнения реальных рабочих задач. Кроме того, наблюдается сокращение количества вакансий среди начинающих специалистов и кадров с отпытом около трёх лет. Бизнес пытается оптимизировать бизнес-процессы и сохранить бюджет в условиях нестабильной экономической ситуации. Однако спрос на опытных профессионалов остаётся высоким. Тем не менее бизнес все так же нуждается в кадрах, которые умеют адаптироваться под вызовы рынка труда и имеют развитые цифровые навыки. Так, высокий спрос сохраняется на специалистов по кибербезопасности, инженеров по машинному обучению, бизнес-аналитиков, специалистах, умеющих интегрировать ИИ в рабочие процессы. Также на рынке наблюдается избыток новичков и универсальных специалистов с широким пакетом навыков, которые не отвечаю современным требованиям. Естественно, искусственный интеллект поменял и продолжает менять рынок труда. Он освобождает сотрудников от выполнения рутинных задач и даёт больше времени на творческие и аналитические решения. При этом растёт спрос на специалистов, умеющих работать с ИИ и обслуживать автоматизированные системы. Сокращение бюджетов вынуждает бизнес оптимизировать найм. Это приводит к сокращению вакансий. Но сохранить производительность труда и повысить эффективность компании пытаются с помощью внедрения цифровых инструментов. К тому же рынок в некоторых сферах перегрет начинающими специалистами после онлайн-курсов. Многие образовательные онлайн-программы дают только теоретические знания и не обеспечивают достаточную практическую подготовку, необходимую для решения реальных рабочих задач. В результате на рынке появляется переизбыток новичков, чьи данные не соответствуют требованиям работодателей. Из-за переизбытка компании жалуются на нехватку опытных кадров и сокращают найм по нескольким причинам: оптимизация бюджетов — бизнес сокращает расходы в условиях экономической нестабильности; повышение требований к кандидатам — работодатели ищут специалистов, способных адаптироваться под новые навыки, а не просто имеющих классическое образование; смещение фокуса на удержание штата — в нынешних реалиях бизнесу дешевле обучить и переподготовить сотрудников, чем нанимать и адаптировать новых специалистов; переход на проекты или аутсорс — сотрудничество с внешними экспертами также обходится компании дешевле, чем содержание широкого штата. Потому работодателю нужна узкая экспертиза, которая важнее универсальности, так как спрос смещается в сторону специалистов с глубокими знаниями в узкой сфере. Универсальные кадры с поверхностными компетенциями невостребованы. Еще работодатели ценят баланс мягких и твёрдых навыков — для успешной реализации и карьерного роста недостаточно только профессиональных компетенций. В приоритете у работодателей гибкость, коммуникация, умение работать в команде, развитый эмоциональный интеллекст. Хотя опыт не является основным критерием — бизнес готов работать с кандидатами без опыта, которые готовы к обучению и быстро адаптируются. В ближайшие годы дефицит специалистов не исчезнет, поэтому бизнес будет вынужден активнее внедрять искусственный интеллект и автоматизировать рабочие процессы. В найме возрастёт значимость skill-based подхода — компании будут оценивать кандидатов не по их опыту и образованию, а по набору конкретных навыков.
В 2026 году формальный опыт и наличие пройденных курсов уже не гарантируют кандидату преимущества. Работодатели все чаще ищут не просто человека на позицию, а специалиста, который может быстро встроиться в процессы и дать измеримый результат. Для бизнеса это не абстрактная HR-тенденция, а вопрос эффективности и денег. Так этот же сдвиг видит Татьяна Мичурина, основатель CPA-сети FCN, партнерской сети Devtek, платформы для SMS-рассылок SMSAds и платежной системы Bemorepay.
Татьяна Мичурина
основатель CPA-сети FCN, партнёрской сети Devtek, платформы для SMS-рассылок SMSAds, платёжной системы Bemorepay.
Сейчас на рынке труда действительно сложилась парадоксальная ситуация, когда безработица формально низкая, бизнес говорит о кадровом дефиците, но при этом большое количество специалистов месяцами ищут работу. Причина в том, что рынок испытывает дефицит не людей, а людей с нужным уровнем навыков и опытом решения конкретных задач. В digital-сфере особенно заметен перекос последних лет. Огромное количество людей зашло в профессию через короткие онлайн-курсы, где создавалось ощущение быстрого входа и высоких зарплат. В результате рынок получил большое количество начинающих SMM-специалистов, дизайнеров, маркетологов и копирайтеров с похожими навыками и одинаковыми кейсами. Конкуренция среди junior-уровня выросла очень сильно. При этом бизнесу нужны не просто исполнители, а люди, которые влияют на деньги и результат. Компании ищут специалистов, способных работать с аналитикой, воронками, автоматизацией, удержанием клиентов, экономикой трафика. В digital сегодня недостаточно «уметь делать контент» или «вести соцсети». Работодателю нужен человек, который понимает, как его работа влияет на продажи и прибыль. Нейросети и автоматизация ускорили этот процесс. Они не убрали потребность в людях полностью, но сильно сократили количество рутинных задач. Часть функций, на которые раньше брали junior-сотрудников, теперь закрывается быстрее и дешевле. Особенно это коснулось базового копирайтинга, простого дизайна, технического SMM и части операционного маркетинга. Из-за этого рынок становится жёстче именно для начинающих специалистов: бизнес осторожнее расширяет команды потому, что стоимость ошибки выросла. Компаниям теперь проще нанять одного сильного универсального специалиста, чем несколько людей с узкой базовой квалификацией, отсюда возникает ещё одно противоречие: работодатели одновременно говорят о нехватке кадров и сокращают найм. Дефицит есть в сильных специалистах, способных брать ответственность и быстро адаптироваться. При этом работодатели стараются снижать издержки и внимательнее относятся к эффективности команды. Если смотреть на тенденцию ближайших лет, рынок продолжит смещаться в сторону универсальности и прикладных навыков. Будут востребованы специалисты, которые умеют сочетать несколько компетенций: маркетинг и аналитику, контент и продажи, продукт и автоматизацию. Отдельную ценность получат люди, умеющие работать с ИИ-инструментами не на уровне «сделать картинку», а на уровне ускорения бизнес-процессов. В целом рынок труда сейчас проходит этап фильтрации, тк дипломов и сертификатов стало много, а людей с реальным опытом решения задач по-прежнему не хватает. Именно поэтому статистика низкой безработицы сочетается с высокой конкуренцией в отдельных сферах.
Если отойти от разговоров о кадровом голоде и посмотреть на конкуренцию внутри отдельных профессий, становится понятно: начинающему специалисту сегодня трудно соревноваться с теми, кто уже много лет работает в нише. Да, бывают исключения, сильные самоучки и люди, которые быстро растут. Но если говорить не о единичных историях успеха, а об общей массе соискателей, картина гораздо хуже.
Особенно это заметно там, где за последние годы возник бум онлайн-обучения. Человек проходит курс, выходит на рынок труда и внезапно (?) обнаруживает, что таких, как он, уже тысячи. Более того, работодателю часто нужен не новичок с сертификатом, а специалист, который уже умеет решать реальные задачи бизнеса. Кто виноват в этом — отдельный вопрос. Можно сказать так: образовательному рынку важно продавать продукт, а вот что происходит с выпускником после курса, уже не всегда оказывается в зоне ответственности тех, кто обещал быстрый вход в профессию.
При этом трезвая оценка конкуренции — это не слабость и не сомнение в себе. Иногда человек просто понимает риски: где вход действительно возможен, а где рынок уже перегрет; где есть шанс вырасти, а где придется годами бороться за первую вакансию. Мы уже отдельно разбирали, как искать работу без опыта и оценивать свои шансы на старте , а заодно сделали калькулятор для кандидатов. Пройти его стоит хотя бы для того, чтобы сверить ожидания с реальностью: иногда честный расчет полезнее, чем еще один вдохновляющий совет.