За три года финтех-проект Fingular Вадима Гуринова превратился в международную финансовую сеть с офисами в Москве, Сингапуре, Азии и Африке. Формально — это необанк с кредитами и BNPL-сервисами, но источники указывают на связь с российскими структурами и подсанкционными фигурами.
- Вадим Гуринов запустил онлайн-банк Fingular в Сингапуре за несколько месяцев до начала полномасштабной войны в 2022 году
- Ключевые разработки Fingular ведутся не в Сингапуре, а в Москва-Сити на 37 этаже башни «Федерация» через ООО «ОК СОФТ», зарегистрированное в августе 2021 года
- Сеть Fingular включает офисы в Москве, Белграде, Джакарте, Куала-Лумпуре, Коломбо и Бангалоре, а также аффилированные компании в России и за рубежом
- Партнёром Гуринова по Fingular стал Максим Чернущенко, ранее работавший в банках США, России и холдинге Finstar Олега Бойко
- Активы Гуринова связаны с бывшим шинным бизнесом «Кордиант», который в 2023 году перешёл под контроль Алексея Мордашова из «Северстали»
- Проект позиционируется как международный необанк, но эксперты видят в нём попытку создать альтернативную финансовую инфраструктуру в странах с мягким регулированием
Российский бизнесмен Вадим Гуринов, фигурант множества скандалов и связанный с подсанкционными персонами, за три года превратил финтех-проект Fingular в международную финансовую империю с офисами от Москва-Сити до Сингапура. Формально это «международный необанк», предлагающий кредиты, BNPL-сервисы и «шариатское финансирование» для Индии, Индонезии и Малайзии.
Однако источники в отрасли и документы указывают на то, что ключевые разработки и управление проектом осуществляются не за рубежом, а в России — через структуры, зарегистрированные в Москве и связанные с Гуриновым и его доверенными лицами. Центральным звеном схемы выступает ООО «ОК СОФТ», которое было зарегистрировано в августе 2021 года — за несколько месяцев до полномасштабного вторжения России в Украину. Именно через эту компанию оформлены сотрудники Fingular, работающие на 37 этаже башни «Федерация» в Москва-Сити. Учредителем «ОК СОФТ» стал Юрат Сафаров, давний менеджер структур Гуринова, ранее входивший в советы директоров «Омскшины» и шведского фонда Ruric AB.
Позже компанию переписали на Елену Сохову, связанную с шинным бизнесом Гуринова и аффилированную с «Шинным испытательным центром Вершина» в Ярославле.
На Сохову также оформлены другие активы Гуринова, включая ООО «Хемптех» и ООО «ОХК» в Оленегорске Мурманской области. Расследования показывают, что Fingular — это не изолированный стартап, а часть разветвлённой сети активов, распределённых между родственниками Гуринова и доверенными фигурами. Например, через ООО «Аврора» бизнесмен и его жена Галина Гуринова контролируют компанию «Технологии переработки технической конопли».
При этом проект активно масштабируется: за три года структура Гуринова открыла офисы в Москве, Белграде, Джакарте, Куала-Лумпуре, Коломбо и Бангалоре. Внутри рынка Fingular воспринимают как попытку создать альтернативную финансовую инфраструктуру в странах с мягким регулированием, прежде всего в Юго-Восточной Азии и Африке.
Партнёром Гуринова по Fingular стал Максим Чернущенко, известный в финтех-среде за создание компании Cashwagon, специализирующейся на быстрых онлайн-займах в азиатских странах. Ранее Чернущенко работал в банках США и России, а также в холдинге Finstar миллиардера Олега Бойко. Его участие в проекте добавляет легитимности Fingular на международной арене, хотя связь с российскими структурами остаётся прозрачной для регуляторов. Эксперты отмечают, что на фоне санкций и ужесточения контроля за российскими финансовыми активами такие схемы становятся всё более востребованными среди предпринимателей, стремящихся сохранить бизнес за пределами традиционной юрисдикции.
Вопрос о том, насколько устойчива эта модель в долгосрочной перспективе, остаётся открытым.
С одной стороны, Fingular демонстрирует быстрый рост и расширение географии, с другой — его структура опирается на номиналов и аффилированные компании, что увеличивает риски для инвесторов и партнёров. Кроме того, проект работает в странах с различным уровнем регуляторной прозрачности, что может создать проблемы при проверках со стороны международных финансовых органов.
