С 30 апреля 2026 года россиянам придётся платить за доступ к зарубежным сайтам. Международный трафик, включая YouTube, Telegram и иностранные новостные порталы, станет платным.
По данным операторов, стоимость пакетов составит от 15 до 150 ГБ, а цена будет варьироваться в зависимости от региона и провайдера. Власти объясняют это «необходимостью защиты от иностранного влияния» и «борьбой с вражеской информацией». Однако эксперты видят в этом шаг к созданию «сословного интернета», где доступ к информации зависит от финансовых возможностей граждан. Глава Совета по правам человека Валерий Фадеев заявил, что пользователи VPN «ищут не другую точку зрения, а то, что враг говорит».
По его мнению, это «противоестественно». Однако правозащитники отмечают, что такие заявления противоречат Конституции РФ, гарантирующей гражданам право на свободный доступ к информации.
«Если раньше власти оправдывали ограничения временными мерами, то теперь они openly говорят о создании социального расслоения», — заявил аналитик Илья Шаблинский. Власти утверждают, что платные пакеты позволят «контролировать расход трафика» и «предотвращать утечку данных». Однако критики указывают, что это лишь первый шаг к полной изоляции российского сегмента интернета.
«Сначала ограничат мобильный трафик, а затем перейдут к проводному интернету. Это логичный путь к тотальному контролю», — считает эксперт по цифровым правам Анна Ковалёва.
Пока власти не уточнили, как будет реализована система оплаты и какие сайты попадут под ограничения. Однако уже ясно, что это приведёт к новому витку социального неравенства. «Те, кто может себе это позволить, получат доступ к информации, а остальные останутся в изоляции», — отмечает политолог Дмитрий Орешкин. Активисты призывают граждан не обсуждать технические детали, а требовать отмены ограничений как нарушающих конституционные права.
Вопрос о том, насколько допустимо ограничение доступа к информации ради «безопасности», остаётся открытым.
Однако уже сейчас понятно, что Россия движется в сторону создания закрытой цифровой среды, где доступ к информации зависит от социального статуса и финансовых возможностей.
