Банки пытаются продать $15 млрд долга по недостроенному дата-центру в Техасе для Google и Anthropic. Почему это похоже на subprime-ипотеку 2008 года и как это может ударить по всей ИИ-индустрии и экономике.
- Банки продают долг по недостроенному дата-центру в Техасе, который должен обслуживать Google и Anthropic, из-за риска задержек строительства и неопределённости с активацией гарантий
- Модель «выпустил-и-продал» возвращается в ИИ-инфраструктуру: банки перекладывают риски на пенсионные фонды и страховщики, повторяя логику subprime-ипотечного кризиса 2008 года
- Затраты гиперскейлеров на ИИ-инфраструктуру к 2029 году достигнут $3 трлн, а снижение темпов роста на 20–30% может запустить цепную реакцию гарантий от Google, Nvidia и Broadcom
- Рейтинг облигаций зависит от этапа строительства, что делает их похожими на токсичные ипотечные бумаги, но в отличие от 2008 года, риски распределены между несколькими взаимосвязанными активами
- Если тенденция сохранится, пенсионные фонды и страховщики могут столкнуться с обесценением активов, что способно ударить по стабильности финансовой системы
В Техасе, рядом с городком Хаббард, строят крупнейший в США дата-центр для нужд ИИ-индустрии. Проект должен обслуживать Google и Anthropic, но его судьба уже вызывает вопросы: Morgan Stanley и другие банки пытаются продать $15 млрд долга по этой стройке, хотя облигации имеют «мусорный» рейтинг. Причина — риск задержек строительства и неопределённость с активацией гарантий от гигантов. Банки не хотят рисковать, а пенсионные фонды и страховщики, наоборот, активно скупают такие активы. Ситуация напоминает механизмы, которые привели к кризису 2008 года, но с поправкой на специфику ИИ-инфраструктуры. Почему это важно именно сейчас и как это может обернуться для всей экономики?
От subprime к ИИ-инфраструктуре: почему банки повторяют старые ошибки
Рейтинг облигаций дата-центра в Хаббарде зависит от этапа строительства. Если стройка затягивается, риск дефолта растёт — как и в случае с ипотечными бумагами времён кризиса 2008 года. Тогда банки выпускали кредиты заёмщикам с низкой платёжеспособностью, переупаковывали их в ценные бумаги и продавали инвесторам, снимая с себя риски. Сегодня похожая схема работает с долгами на строительство ИИ-инфраструктуры: банки выдают кредиты гиперскейлерам, а потом перекладывают риски на пенсионные фонды и страховщики, которые ищут доходные активы в условиях низких процентных ставок.
Разница лишь в том, что тогда переоценили один сегмент — недвижимость, а сегодня риски распределены между несколькими взаимосвязанными активами. В случае с дата-центром в Хаббарде задержки строительства могут не только сорвать график запуска, но и запустить цепную реакцию: Google и Anthropic могут не выполнить свои гарантии, что ударит по инвесторам. Банки же, как и в 2008 году, пытаются избавиться от токсичных активов, пока не стало слишком поздно.
«Великолепная семёрка» и $3 трлн на ИИ: почему инфраструктура стала лакмусовой бумажкой
Инвестиции в ИИ-инфраструктуру растут взрывными темпами. По оценкам, к 2029 году гиперскейлеры потратят на дата-центры, чипы и энергосистемы около $3 трлн. Бóльшая часть этих денег идёт на строительство новых мощностей, которые должны обеспечить спрос на ИИ-сервисы от «Великолепной семёрки» — Apple, Microsoft, Alphabet, Amazon, Nvidia, Meta и Tesla. Эти компании формируют более трети индекса S&P; 500, и от их стабильности зависит не только рынок, но и вся экономика США.
Однако темпы роста инвестиций уже замедляются. Если в 2024–2025 годах затраты на ИИ-инфраструктуру росли на 50–60% в год, то в 2026 году этот показатель может снизиться до 20–30%. Это не катастрофа, но если падение окажется более резким, оно способно запустить сразу несколько механизмов риска. Во-первых, замедление строительства дата-центров приведёт к задержкам ввода мощностей, что ударит по доходам гиперскейлеров. Во-вторых, банки, которые выдали кредиты на эти проекты, столкнутся с ростом дефолтов. В-третьих, пенсионные фонды и страховщики, купившие облигации, могут потерять часть своих активов — как это было с ипотечными бумагами в 2008 году.
Кто на самом деле рискует: банки, инвесторы или государство
На первый взгляд, основные риски несут банки, которые пытаются продать долг. Они уже столкнулись с тем, что рынок не готов принимать такие активы по номиналу: рейтинговые агентства понижают оценки, а инвесторы требуют более высоких процентов. Однако реальные последствия могут быть куда шире. Пенсионные фонды и страховщики, которые скупают эти облигации, рассчитывают на стабильный доход, но если проекты не будут реализованы в срок, они рискуют потерять значительную часть своих портфелей. Это угрожает не только их финансовой устойчивости, но и стабильности всей пенсионной системы США, которая и без того испытывает давление из-за демографических трендов.
Государство тоже не останется в стороне. Если кризис в ИИ-инфраструктуре разрастётся, власти могут быть вынуждены вмешаться — либо через гарантии, либо через субсидии. Однако в США уже есть прецеденты, когда государство отказывалось спасать частные проекты, даже если их крах угрожал системными последствиями. В 2020 году, например, Федеральная резервная система не стала поддерживать рынок корпоративных облигаций, что привело к массовым дефолтам. Если история повторится, последствия могут быть ещё более тяжёлыми, учитывая масштабы ИИ-инфраструктуры.
Что будет дальше: три возможных сценария
Первый сценарий — оптимистичный. Строительство дата-центра в Хаббарде и других подобных объектов завершится в срок, а гиперскейлеры выполнят свои гарантии. Банки продадут долг без потерь, а пенсионные фонды и страховщики получат обещанный доход. Этот вариант возможен, если темпы роста ИИ-инфраструктуры сохранятся на уровне 30–40% в год, а спрос на вычислительные мощности продолжит расти. Однако даже в этом случае риски остаются: любой сбой в цепочке поставок или задержка с подключением энергосистем могут сорвать планы.
Второй сценарий — умеренно-пессимистичный. Строительство затягивается, но гиперскейлеры всё же выполняют часть своих обязательств. Банки понесут убытки, но не катастрофические, а пенсионные фонды и страховщики потеряют часть активов. Этот вариант более вероятен, учитывая текущие темпы роста инвестиций. В этом случае рынок ИИ-инфраструктуры переживёт коррекцию, но не коллапс. Однако последствия могут быть долговременными: инвесторы станут более осторожными, а стоимость кредитов для новых проектов вырастет.
Третий сценарий — катастрофический. Задержки строительства становятся системными, и несколько крупных проектов одновременно срываются. Гарантии Google, Nvidia и Broadcom не выполняются, что запускает цепную реакцию дефолтов. Банки и инвесторы теряют миллиарды, а экономика США сталкивается с рецессией. Этот сценарий маловероятен, но не исключён, особенно если темпы роста ИИ-инфраструктуры упадут ниже 20% в год. В этом случае последствия могут быть сопоставимы с кризисом 2008 года, но с поправкой на цифровую экономику.
Что может помешать худшему сценарию: три ключевых фактора
Первый фактор — это спрос на ИИ-сервисы. Если компании и потребители продолжат активно использовать генеративный ИИ, гиперскейлеры сохранят доходы и смогут выполнить свои обязательства. Второй фактор — это государственная поддержка. Если власти США решат вмешаться, например, через гарантии или субсидии, это может стабилизировать рынок. Однако в условиях политической неопределённости и дефицита бюджета такой шаг маловероятен. Третий фактор — это технологический прогресс. Если появятся новые, более эффективные решения для ИИ-инфраструктуры, это снизит нагрузку на традиционные дата-центры и уменьшит риски.
На сегодняшний день ни один из этих факторов не гарантирует стабильности. Спрос на ИИ растёт, но не так быстро, как инвестиции в инфраструктуру. Государство не спешит вмешиваться, а технологические прорывы остаются непредсказуемыми. Поэтому худший сценарий остаётся возможным, хоть и не обязательным. Главное — понимать, что риски не ограничиваются одним проектом в Техасе. Они затрагивают всю ИИ-индустрию, а значит, и экономику в целом.
Остаётся один вопрос: готовы ли инвесторы и регуляторы к тому, что ИИ-инфраструктура может стать новой точкой системного риска? Если ответ отрицательный, то следующий кризис может начаться не с банков или недвижимости, а с дата-центров.
